Побег

Будучи уже в преклонном возрасте, Лев Николаевич взял за обыкновение тайком покидать усадьбу. Одетый в армяк, холщовые порты и лапти он, помахивая узелком, двигался в направлении одному ему известной цели. Проходя придорожные деревни, граф проповедовал, наставлял и христарадничал.
Первые побеги довольно легко пресекались полицией. Стражи закона, поднятые на ноги перепуганной Софьей Андреевной, легко вычленяли из многочисленных странников мощного седобородого старца с горделивой осанкой. Учтиво, но строго, они усаживали Льва Николаевича в пролётку и доставляли нахохлившегося Толстого в родовое гнездо. Там он обиженно запирался в кабинете, где немедленно принимался строить план нового побега.
Отныне, проанализировав все свои неудачные попытки, мятежный граф отправлялся в путь переодевшись то греческим водоносом, то углежогом, а бывало, что и монахиней. Посыпал следы смесью махорки и перца. Не пользовался мостами, преодолевая реки вплавь. Избегал постоялых дворов, ночуя в лесу.
Каждое исчезновение Льва Николаевича немедленно становилось достоянием общественности. В пивных и чайных делались ставки на «сколь долго не схватят», и горячо обсуждались причины побега.
— Было ему видение, — уверяли одни, — что есть на Севере под Обдорском-городом озеро. Ежели граф окунётся в него три раза, то враз помолодеет и ещё одну жизнь прожить сможет.
— К государю с грамотой идёт, — поднимали вверх палец другие. – В той грамотке обо всех народных обидах прописано.
— Христос, — шептали третьи, — аккурат перед Голгофой, тоже в пустыню уходил.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*