avv

Карельская медвежья собака

… Третий день Николай Жарких, искусанный комарами, в мокром от росы брезентовом плаще, закинув за спину двустволку, бродил по лесу в поисках добычи. Время от времени он находил следы лося – сломанные кусты, кучки старого помёта, но самого зверя не было. Присев на болотную кочку, Николай развернул узелок и с удовольствием принюхался. В свёрнутом платке лежал и тепло пах домом ломоть кулича. Три дня назад жена, отправляя его на охоту, заботливо собрала обед и, заплакав, сказала: «Ты обязательно вернись, Коленька. С мясом».

Газета «Буревестник Карелии». Обычай обирать убитого врага появился ещё в каменном веке. Воин победитель забирал у поверженного противника копьё, каменный топор и нательную шкуру. Шли века, мир менялся, а вместе с ним менялись и трофеи. Сначала это были латы и шлем, затем конь и деревенька, потом ценные бумаги и так далее. Сегодня, это, обычно, бумажник и мобильный телефон.

Так уж получилось, что, несмотря на заурядную внешность, жена досталась Коле Жарких завидная. Труженица, каких поискать и мастерица. С утра до вечера, напевая и приплясывая, ткала она холсты, пряла пряжу, квасила квашню, точила косы и чинила стропила в их ветхом домике. А ещё рожала Николаю голубоглазых и русоволосых детей. Они тянули к отцу худые ручонки и молили: «Папка, дай мяса, мяса дай».

Газета «Буревестник Карелии».
Удивительно, но тенденцию забирать трофеи можно встретить и в животном мире. К примеру, карельские медведи, загрызая охотника, забирают его собак и принуждают работать на себя, выслеживая для нового хозяина дичь.

Шорох в зарослях осоки заставил Колю насторожиться, он медленно поднял с земли ружьё, взвёл курки и прицелился. Из высокой травы, озабоченно принюхиваясь, выбрался тощий спаниель и замер, увидав охотника. Пёс был необычайно грязен и худ, хотя на шее его болтался дорогой красный ошейник, украшенный металлическими бляхами.
— Чей ты, дурашка, — ласково спросил Николай. – Где хозяин-то?
Спаниель осклабился и, не отводя взгляда от охотника, упятился назад в осоку.

Газета «Буревестник Карелии». Вечно голодные, со сломленной психикой, псы, словно рыбы-лоцманы при акуле, кружат по лесу, служа свирепому хозяину. Встреча с ними для охотника равносильна встрече торгового корабля с печально известным Летучим Голландцем. «Медвежьи собаки», так называют их старожилы.

Медведь появился внезапно, как в страшном сне. От него одуряющее пахло тухлым мясом, потом и прелой листвой. Рядом, опустив хвост, стоял спаниель в красном ошейнике. Коле стало холодно и необычайно легко. Все мысли из головы исчезли, и осталась только какая-то звенящая пустота. В такие мгновения для начала схватки достаточно хрустнувшей ветки, чиха или звонка мобильника. Не делая лишних движений, Николай, не выпуская из руки ружья, выскользнул из плаща и встал во весь рост.
— А-а-а-а-а, сука! — внезапно завопил он и пальнул из одного ствола прямо в кожаный шелушащийся медвежий нос. Второй выстрел пришёлся точно в грудь, встающего на задние лапы зверя.

Газета «Буревестник Карелии». Из рассказа охотника Николая Жарких, — …а собачка теперь у нас живёт. Откормили его, отмыли, блох вычесали. Детишки его Медвежьим прозвали…

Карельская медвежья собака
Карельская медвежья собака

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


*