avv

Фокстерьер

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был Царь. Был он человеком справедливым и правил страной достойно. Слава Богу, всё у него было: земли с лесами, народ покладистый и в семье всё хорошо. Жена красавица, сын наследник, невестка умница. И, как у каждого нормального человека, была у него маленькая страсть, скорее даже страстишка – любимый фокстерьер. Из соседей царей-королей, кто в карты играл, кто за девицами бегал, кто вином баловался, а наш всё с пёсиком своим забавлялся, да гулял. Время, однако, шло, фокстерьер старел и, однажды, испустил дух. Проплакал Царь целый день, а ввечеру приказал старого друга на ледник положить.
— Пусть, — говорит, — здесь пока, бедняга, хранится, а я буду думать, как его к жизни вернуть.
Думал-думал и поступил, как каждый царь – вызвал к себе Солдата.
— Приказать тебе, язык не поворачивается, но сделай что-нибудь, Солдатик. Как говорится, не в службу, а в дружбу.
Подивился Солдат, что Царь так по собачонке убивается, но смолчал, уж больно уважал государя. Собрал котомку, попрощался с друзьями и в путь отправился. Полмира обошёл, пять пар сапог сносил, десять языков выучил, но так и не нашёл снадобье, чтобы царского фокстерьера оживить. И вот остановился он как-то на ночлег у старика в крохотной деревушке. Наколол дров, изгородь починил, воды натаскал и сел с хозяином ужинать. Слово за словом, разговорились. Пожаловался Солдат на свою судьбу, а старик и говорит.
— Есть у меня бутылочка с Живой водой. Думал, пригодится, да, во-первых, жить как-то надоело, а во-вторых, мало водички осталось. Хочешь, забирай просто так, раз хороший человек.
Обрадовался солдат, поблагодарил хозяина и домой отправился.
Вернулся на родину и бегом во дворец. А там, новость, так новость! Царь-то Богу душу отдал и на троне теперь его сын правит. Расстроился Солдат, но докладывает честь по чести.
— Вот, Ваше Величество, по приказу вашего батюшки, принёс Живую воду, для воскрешения усопшего фокстерьера.
— Слушай, Солдат, — говорит Наследник. – Отец приказал его в землю не зарывать, а положить на ледник вместе с пёсиком. Так давай, лучше, папу оживим. Пусть дальше правит, а я, как всегда, при нём останусь.
— Песню бы о такой сыновней любви сложить, — расчувствовался Солдат. – Но, беда в том, что мало у меня живой воды. Только на собачку и хватит.
— Авось, да получится, — махнул рукой наследник. – Идём на ледник.
Пришли они туда. Действительно, лежат среди ледяных глыб Царь и фокстерьер. Бледные, холодные, но тленом не тронутые. Встал наследник на колени и окропил голову отца Живой водой. Заискрилась вода, зашипела, и открыл Царь глаза.
— Где я? – спрашивает.
— Ожил, ожил батюшка, — заплакал от радости Наследник.
Бросились они с Солдатом Царя поднимать, но не тут-то было. Как хватило им волшебной воды на одну царскую голову, так она одна и ожила. Ужас их охватил. Тело царёво мертво, только голова жива. Но, Царь, он на то и царь. Расспросил Наследника о делах государственных, о семье. На фоксика своего поглядел-погрустил, да и говорит.
— Глупость я с этой Живой водой надумал, вот и расплачиваюсь. Сами подумайте, что за государство такое будет, в котором правитель на леднике живет, и шевельнутся, не может. Слухи пойдут, волнения, а там и до смуты недалеко. Нет уж, дорогие мои. Побыл я немного с вами и спасибо на этом. Надо со мной кончать. Любимого сына, об этом просить не могу, дабы не стал он отцеубийцей. Дело за тобой, Солдат. Выполни последнюю волю своего государя, застрели меня.
— Пощади, отец родной, — взмолился Солдат. – Али мало я на чужбине натерпелся?
— Знаю, знаю каково тебе, — говорит Царь, а у самого голос дрожит. – Но, как старого друга прошу, не как подданного.
Заплакал Солдат, упала его слеза на грудь государя, и ожил он весь. Такое вот чудо явил им Господь. Обнялись, расцеловались и вышли из ледника на свет божий. Царь, что бы дальше править. Сын, что бы подле отца ума-разума набираться, а Солдат, что бы дальше им верно служить.

Фокстерьер
Фокстерьер

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


*