Балканская гончая

Случилось это во время пира во дворце римского императора Диоклетиана.
Гости уже порядком выпили вина и сонно слушали болтовню специально приглашённого философа Евбулида из Милета. Осоловевший от съеденного Евбулид, бубнил что то о теории парадоксов, честно отрабатывая обед. Внезапно его бормотание было прервано хриплым выкриком начальника стражи, — Посланник из Фракии с дарами!
— О! Что за дары? – оживился Диоклетиан.
— Свора балканских гончих, великий император!
— Кстати, – оживился приглашённый философ. – Скажи мне, мудрый Диоклетиан, одна собака это свора?
— Нет, конечно, — рассмеялся император.
— Две?
— Тоже, нет, — почувствовал подвох Диоклетиан. – В своре собак куда больше.
— И сколько? Три, пять, десять, сто, наконец? — не унимался Евбулид. – Когда начинается свора? Кто ответит мне, почтенные мужи Рима? — сверкнул он хитрыми глазками на гостей.
– А, ты сам, учёный человек, как считаешь? – нахмурился Диоклетиан.
Евбулид, уже проклинающий себя за дурацкий вопрос, торопливо заговорил о теории апорий, о парадоксах, о том, что есть вопросы, на которые не существует точных ответов.
— Посланника из Фракии сюда, — возвысил голос император.
Привели посланника.
— Сколько собак ты привёл мне? — грозно спросил Диоклетиан.
— Свору, — поклонился тот.
— А сколько это «свора»? – прищурился император.
— Тридцать, — поспешно ответил посланник. – Тридцать, это полная свора, а пятнадцать – полусвора. Но это если считать в наших балканских гончих. А если, к примеру, в бакхмулях, то, там — в своре двадцать голов, а в армантах — сорок пять. Но, если, Вам понадобится…
— Пятьдесят сестерциев за разумные речи, — прервал его император. – И, подойди поближе.
— А на самом деле? – вполголоса спросил он у посланника.
— Думаю, — прошептал тот, — это зависит от случая.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*