Алёша Попович и Змей

Охотясь, Алёша подстрелил тяжёлую крольчиху. Та на мгновение вынырнула из метёлок ковыля и тотчас покатилась пронзённая стрелой.
— Вот незадача, — расстроился он, поднимая зверька с земли.
Примета — хуже не придумаешь.
— Сколько можно на одних кролях жить? — ворчал про себя Алёша. – Купить бы пшена, гречки, муки. Яблок. Мёда. Да, только где? Три дня скачи, ни хуторка, ни деревеньки не встретишь. Всё, окаянные степняки пожгли, поразорили.

***
Добравшись до заставы, он сразу же приметил воз, стоящий у шатров. Не спешиваясь, приподнял луком наброшенную сверху дерюжку и счастливо рассмеялся, увидев мешки с мукой, корзины с репой, бочонки и фляги.
— Не поедешь ты с одной рукой, – донёсся до него голос Муромца. — Был раненый, станешь мёртвым.
— Мне на него две и не надобны, — отвечал Добрыня.
— Сам отправлюсь, — гудел Илья.
— А, ежели басурмане налетят? Наши косточки хоронить вернёшься?
Алёша спешился. Подошёл к богатырям.
— Да встречал я его, — горячился Добрыня. — Год назад проезжал мимо болот. Шуганул аспида, а догнать поленился. Мелкий он, Илюшенька, в два счёта справлюсь.
— Откуда дары? – весело показал на воз Алёша. – Неужто из Киева за верную службу?
— Княжич привёз, — кивнул на шатёр Добрыня.
Из-под полога торчали чьи-то босые ноги. Рядом валялась пара пыльных сапог.
— Умаялся в пути, — пожал плечами Илья. — И, не дары это. За них ещё службу сослужить надобно.
— Да за такое богатство и к чёрту в пекло спущусь, — весело откликнулся Алёша.
Добрыня вопросительно посмотрел на Муромца.
— Его не пущу! — рявкнул тот.
— Что стряслось-то, Илья Иванович?
Муромец нахмурился.
— Завёлся в здешних краях Змей. Свил гнездо на болотах. Жил, никого не трогал. Жрал лягушек, камышом заедал. И пёс бы с ним! Да, вот беда, подрос и пристрастился у мужиков овец таскать. Мужики к князю. А тот, как положено, сына на Змея отправил. Ну, а княжич, не будь дураком, прямиком к нам. Мол, добудете голову гада, получите подарочки.
Алёша растерялся. Илье такой подвиг – один раз мечом махнуть. Но, тогда они с Добрыней на границе вдвоём останутся. А тут, что ни день, то стычка. Раненого на бой посылать тоже не дело.
— Змей, так Змей, — делано безразлично улыбнулся Алёша.
— Вот, удалец! — весело заорал Добрыня. — Сядем ужинать, я тебе про гада обскажу.
Однако на ужин Илья велел припасы княжича не трогать.
— Ещё не решил, — пояснил он помрачневшему Добрыне.
***
Утром, так ничего не придумав, собрали в дорогу Алёшу. Княжич, тонкокостный, с редкой белёсой бородкой, безразлично поглядывал издали.
— Ты, молодец, — Муромец подошёл к княжичу, — нашего богатыря во всём слушай. Проводишь до болот, следом не суйся.
Тот промолчал, скривившись на «молодца», но перечить не стал.
— Помощник он тебе никудышный, — шепнул на ухо Добрыня. — Исполнишь дело, сразу прощайся.
Присели на дорожку. Помолчали. Илья встал первым, обнял Алёшу. Добрыня подвёл коня, придержал, помогая сесть в седло.
— На пятый день не вернёшься, — Муромец говорил сердито, будто злясь на себя, — поеду искать.
Тронули коней. Княжич сразу ускакал вперёд, избегая разговоров.
— Пусть так, — решил Алёша.
Стал вспоминать советы Добрыни, как одолеть Змея.
— Саблей аспида не взять, — загибая пальцы, учил тот. — Тут или меч, как у Ильи нужен, или топор потяжелей. Тебе с таким оружием не совладать. Будешь из лука бить. Потому, с коня сразу слезай. Целься в глаз. Он у гада мелкий, да ты, верю, попасть сможешь. Коли прихватит зубами, лук бросай и саблей опять же в глаз коли. Хорошо бы на дерево влезть, да их там не будет. Ночью на болото не суйся, утра дождись. Ну, а почувствуешь, что пропадаешь – беги. Ничего в этом зазорного нет.
***
Начало припекать. Тени, отбрасываемые всадниками стали короче. Загудели оводы. Алёша пришпорил коня, догнал княжича.
— Эй, — окликнул его, — привал делать будем. Пусть лошадки передохнут.
Остановились. Спешились.
— Не держи зла, что особняком еду, — внезапно сказал княжич.
Алёша растерялся. Он был уверен, что так и не услышит голоса спутника. Тот лёг на спину, заложил руку за голову.
— Думаешь, не стыдно мне? — спросил, глядя снизу вверх.
— Чего ж стыдного? Припасов привёз. Нам до зимы хватит.
Княжич побагровел и отвернулся.
— Ты, поди, годков на пять моложе будешь, — продолжил он. — И статью не вышел, и родом. Ан, не трусишь Змея добывать.
— Так я из лука стрелять горазд, — словно оправдываясь, ответил Алёша.
— Жизнь-то, одна, — невесело улыбнулся княжич.
— А, я бы и от второй не отказался.
— Кто бы отказался?
Оба рассмеялись. Алёше сразу сделалось легко на душе. И уже не так страшно.
***
Княжича звали Игорем. Весь остаток дня провели в разговорах. Только устраиваясь на ночлег, Алёша вспомнил о Змее.
— Знаешь, — зевая, усмехнулся он, — славно, что аспид объявился. Иначе б, мы знакомство не свели. Не встретились бы никогда.
Игорь помрачнел и ничего не ответил. Алёша понял, что сказал что-то не то. Хотел исправиться, но не нашёл слов. Так и уснул.
Наутро о Змее не вспоминали. Проснулись засветло, на скорую руку позавтракали и отправились в путь. К полудню выехали на дорогу.
— К вечеру будем, — как-то слишком беззаботно сказал Игорь.
— Добрыня наказывал утра дождаться, — напомнил Алёша. – Лагерь надо будет за версту от болота разбить.
Княжич пожал плечами, кивнул и, пришпорив коня, поскакал быстрее.
Стали попадаться перелески. Один раз переехали мелкую речушку. Впереди появилась тёмная полоска леса. Потянуло сыростью.
— Там, — указал плетью Игорь.
— Спешиваемся, — решил Алёша.
Теперь он становился старшим. Расседлал коня. Постелив плащ, разложил стрелы и внимательно осмотрел каждую. Снял тетиву с лука, заменив на новую. Попробовал ногтем саблю, но та, наточенная Добрыней и так была острее бритвы. Больше делать было нечего. Алёша натаскал сучьев для костра, приготовил ужин
— На рассвете пойду, — сказал, вроде, как сам себе.
— Боязно? – княжич внимательно смотрел поверх пламени костра.
— Завтра бояться буду. Ты же, если к полудню не вернусь, на заставу возвращайся.
— Утро вечера мудренее, — Игорь скинул сапоги и завернулся в одеяло.
***
Ночью Алёше приснился Змей. Он был крохотным и многоногим, наподобие гусеницы. Стоило прицелиться, как Змей прятался в траве. Алёша извёлся, разыскивая его. Вдруг аспид выполз на кочку и принялся раздуваться, становясь всё больше. Открыл пасть и заревел. Затем ещё и ещё.
Алёша проснулся. Светало. Угли костра, подёрнутые пеплом, дотлевали. Игоря нигде не было. Внезапно, со стороны леса послышался полный муки и боли рёв.
— Княжич! — закричал Алёша и, подхватив с земли лук и стрелы, прыгнул на мокрую от росы спину коня. Седло, щит с саблей так и остались лежать на земле. Жеребец, мотнув головой, тяжело поскакал вперёд. Пока приладил за спину колчан, уже ворвались в лесок. Ветви захлестали по лицу. Под копытами зачавкало, деревья сменились кустарником и Алёша увидел Змея. Ростом он был немного выше всадника, с огромным кожистым хвостом и мощными задними лапами. Передние, худые и жилистые, аспид прижимал к бледно-жёлтой груди. Одна лапа, наполовину перерубленная, безжизненно болталась. Голова, с крохотными глазками, ходила вперёд-назад на длинной шее. Жеребец вынес богатыря к воде и замер. Теперь Алёша заметил Игоря, стоящего на островке с мечом в вытянутых руках. Рядом валялся конь с распоротым брюхом. Змей, чуть приседая, подбирался к княжичу. Игорь, выставив вперёд меч, кружил, стараясь не сойти с островка. Алёша хотел было крикнуть, что он рядом, но дыхание перехватило. Стиснув левой рукой лук, выпустил подряд три стрелы. Две из них отскочили от морды Змея. Последняя — чуть зацепила остриём глаз. Из-под века потекла чёрная слизь. Зверь заревел и повернул голову к всаднику. В этот миг Игорь бросился вперёд и со всей силы, наотмашь рубанул мечом по груди Змея. Тот заревел, но, даже не пошатнулся. Извернувшись, ударил княжича хвостом, свалив в воду. И пошёл на Алёшу. Конь заплясал, пытаясь сбросить седока, и первая стрела просвистела мимо. Не отводя взгляда от чудовища, он соскользнул с жеребца, прицелился и выстрелил в окровавленную пасть. Стрела, пробив губу, наполовину застряла в ней. Змей, роняя слюну, мотнул башкой и замер, уставившись на врага уцелевшим глазом. В этот миг, Алёша, натягивая тетиву, понял, что не промахнётся. Стрела вонзилась в зрачок и ушла по самое оперение. Чудовище содрогнулось и, словно подрубленное, рухнуло в грязь. Алёша опустил лук, сделал шаг вперёд и только тут заметил, что стоит без сапог. На босую ногу прыгнул крошечный лягушонок. Алёша стряхнул его и пошёл к островку, на который выбирался перемазанный тиной княжич.

2 thoughts on “Алёша Попович и Змей”

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*